Алайя Рей
Никогда не говори никогда...
Автор: Селена Рей, Алайя Рей — Один и тот же человек.
Название: Памяти...
Пейринг: Много.
Жанр: АУ, агнст.
Размер: мини
Рейтинги: RG-13
Дисклеймер: Создатель Наруто.
От автора: Памяти погибших...



«Памяти»

Молочный, влажный, тяжелый туман, холодным покрывалом окутывал огромное, но уже давно пустое Селение Скрытого Листа. Солнце, казалось мутно-желтым и троилось, отражаясь в капельках тумана. Маревом сонно дрожало голубое небо, чуть подрагивал, медленно качаясь, туман.
У ворот небольшого особняка, утонувшего в зелени деревьев, стоял молодой человек, лет 20-ти. Стоял, расслаблено опираясь на ворота и прикрыв веки в полудреме. Одетый в черную просторную рубашку и в такие же брюки, с черными волосами забранными в высокий хвост, он казался странно иррациональным черным пятном среди этого желейно-дрожащего утра, в цветах смешанных с белилами тумана...
- Ты умудряешься лениться даже в такой день. - Насмешливо протянула голубоглазая блондинка, с распущенными волосами в которые небрежно были вплетены черные ленты и серебряные колокольчики, чуть звенящие при ходьбе. Девушка была одета так же, как и стоящий напротив парень. Она появилась будто из ниоткуда, но он не обратил на это никакого внимания, будто уже давно привык.
Он не ответил на подкол подруги, лишь приоткрыл глаза, заметил напряженно-вымученную улыбку на ее лице, и подняв руку чуть коснулся кончиками пальцев платинового гвоздика в мочке своего уха. Девушка моментально убрала с лица неуместную, и трудно дающуюся ей улыбку, и тоже прикоснулась к своему точно такому же украшению...
Время снова увязло в тумане...
Только иногда парень отходил от своего ожидающего оцепенения и посматривал на часы, да в волосах неподвижно застывшей девушки, позвякивали колокольчики...

Солнце, уже давно поднялось высоко в небо, и теперь светило ярче, пробивая все уплотняющийся туман. На улице было тихо, вот уже десять лет. Вот уже десять лет Коноха была легендой. Вот уже десятый год, о том что деревня еще жива, наверняка знали, только выжившие. Простые жители, которым путь в Мир приказом Хокаге теперь был запрещен, и живые легенды — шиноби. И нельзя было сказать, что жители теперь уже по настоящему Скрытой деревни были этому не рады...
Ведь и теперь существовала Академия шиноби, маленькие забегаловки, праздники, команды генинов бегающие за кошкой...
Но все уже другое, действительно скрытое, после войны. Те, кто выходил за пределы деревни на миссию, надевали маски. Тех, кого отдавали в Коноху на обучение, уже не возвращались...
Деревня — Легенда.
Деревня — в которой не стареют. Хокаге и Госпожа-Медик считают, что это побочный эффект техники Пейна, остатки которой наложились на «подарок» Орочимару и его технику воскрешения. Но многие просто думают что это наказание, а может и дар, за то что они живы. Ведь боги редко различают грань между наказанием и даром...
Самая правдивая и подтвержденная, но никем еще воочию не найденная легенда. Письма с заданиями всегда исполнялись, как только поступала плата. Обозы с продуктами исчезали посреди дороги и возвращались пустыми с деньгами внутри. И еще много, много странностей...

И только в один день в году, пересекая тракт там, где ранее было кладбище Конохи, а теперь была видна лишь выжженная пустошь, можно было увидеть Белую Рощу, овитую синеватыми фонарями, мерцающими в туманной мгле, но туда увы никто не ходил. Место считалось проклятым...
Как же коротка людская память...

Хранитель Белой Рощи почтительно склонился в поклоне перед двумя людьми и открыл им врата. Проводил их взглядом, вернулся в сторожку. Эти молодые люди. Он помнил их еще детьми. Многих он помнил детьми...
Они такие разные... теперь... и уже давно совершенно другие...
Он — ленив, вечно сонный, слишком умный, предпочитающий прятаться в тени и из нее же наносить удар, а не драться лицом к лицу...
Она — яркая, ломающая чужую волю лишь одним взглядом, быстрая, стремительная — всегда на виду...
Сегодня они первые...

Они выжили и в этот день навещали своих погибших учителей и родных. Для этого и была создана Роща с белолиственными деревьями, чьи ветви склоняются шатрами над каждой могилой в беззвучном плаче...
Он помнил, таких же выживших было немного - человек пятьдесят. Они были живой Памятью. Живыми Легендами Войны... Но даже Легенды умеют скорбеть...

Теперь Коноха разрослась. За десять лет успели появиться новые ученики, которых отдали семьи, чтобы спрятать от врагов. Ученики — дети с улучшенным геномом, те кого боялись. Хранитель не знал, как они находили детей, но Легенды успевали забрать их, прежде чем им начинала грозить опасность...

Скоро придут остальные. Потянутся, к освобожденной от иллюзии Белой Роще, Легенды мира Шиноби. И он откроет с поклоном им врата. Он — Хранитель. Один из немногих выживших людей, что не являлись ниндзя. От тот, кто все еще помнит Легенды — детьми.

Они идут — все в черном, без масок, с волосами перевитыми черными лентами и вплетенными в них колокольчиками у девушек, и с черными лентами на лбу у мужчин. Скоро, вся Скрытая Роща наполнится нежным серебряным перезвоном...

Идут... Уже совсем другие...
Он — все такой же молодой, но с белыми как снег волосами, в которых лишь изредка мелькает былая желтизна и серыми уже давно не голубыми глазами. С полосками на щеках. Единственный, в черном плаще — Хокаге. Наруто...
Хранитель знал, он желал не этого, но с того момента, как он занял этот пост, он делал, делает и будет делать все, для того, чтобы Коноха жила. Жила настолько счастливо, насколько это возможно с таким Даром на плечах...

Он проходит мимо,даже не замечая поклона старика. Хранитель не обижается, потому что знает. Потом, когда наступит ночь и они будут покидать рощу, он остановится и улыбнется ему. Пожмет ему руку, с теплотой глядя на старика, в чьей забегаловке когда-то мог съесть тонну рамена. И хранитель улыбнется в ответ, увидев на миг в выгоревших глазах Хокаге голубизну глаз желтоволосого и солнечного паренька...
Но это будет потом, а пока он открывает врата перед тремя последними из некогда великого клана Хьюга. Хината, Неджи, Ханаби...

Совсем другие...
Ханаби и Неджи аккуратно поддерживают тихо улыбающуюся Хинату, у которой уже так сильно округлился живот. Хранитель улыбается ей и та кладет руку на живот. На пальце виднеется кольцо. Такое же, что носит на своей руке Неджи...

Он снова открывает врата...
У нее длинные до пят розовые волосы, в которых черные ленты смотрятся как-то жутко и зеленые глаза. Сакура — медик, та, без которой в Конохе бы осталось гораздо меньше выживших, а он бы не открывал перед ней врата...
У него теперь длинные волосы и лицо, умеющее выражать не фальшивые, а самые, что ни на есть настоящие эмоции. И теперь он вовсе не считает это слабостью — Сай.
Они теперь совсем другие — Живые Легенды...

Хранитель уже не закрывает врата, потому что вереница шиноби становится плотнее и в этом нет необходимости. Они приветственно кивают ему и он расплывается в улыбке в ответ. Киба ведет за руку дочь, рядом с Чоджи идут его ученики. Овпервые в роще, Рок-Ли сменил свой зеленый комбинезон на черный, такой же, и запасся платками...

Сегодня все в черном. Сегодня все пришли. Сегодня все навещают тех, кто дорог. Сегодня здесь вся Коноха. И не важно, кем они были, кто они сейчас и кем станут за еще много сотен лет. И не важно, насколько изменится мир. Неважно. Каждый год они будут здесь, чтобы навестить тех, кто отдал жизнь за Коноху. За то, чтобы Они жили. Сегодня и всегда в Белой Роще — День Памяти...

Автор: Селена Рей, Алайя Рей — Один и тот же человек.
Название: Второй фик из цикла «Памяти»
Пейринг: Много – все гет.
Жанр: АУ, агнст, диалоги.
Размер: мини
Рейтинги: RG-13
Дисклеймер: Создатель Наруто.
От автора: Те кто остался жить)



Молодой парень, лет 15-ти тяжело дышит в болезненном забытье и просит пить. Перед его глазами все плывет и тает, как марево тумана. В ушах бьется мягкий успокаивающий женский голос повторяющий что-то о том что все будет хорошо, и сквозь ресницы мерещится тонкая фигура, затянутая в черное и с белой маской на лице, маска кажется гладкой, а еще на ней нарисовано что-то розовое, но что именно парень не может разобрать. Маска наклоняется и он видит как с плеча фигуры свешивается длинная коса, розовая, как рисунок на маске и перевитая зеленой лентой – вот и все цвета. Дальше только темнота...

– Спасла? Почему?
– Хочешь знать? И правда... я знаю, мне самой не верится. Спасла... но так похож. Сейчас не видно... но похож...
– Я тобой горжусь! – Говорит недавно пришедшая на зов собеседница.
– Я устала, ты бы знала, как я устала... – Невпопад отвечает ей зовущая.
– Не говори так. Ты жива и невредима, у тебя есть муж, есть работа...
Спасительница ничего не ответила, просто достала из походной сумки тряпицу и окунула ее в горячую воду греющуюся на походном бездымном костре. Вытерла выступившую на лбу парня тяжелую испарину. Тихонько и облегченно выдохнула.
– Жар спадает...
– Вот и хорошо. – Тоже с нотками облегчения удовлетворенно улыбнулась собеседница и стянула свою маску, открывая лицо на котором в темноте белели светло-сиреневые глаза без зрачков и радужки. Девушка была красива, как призрачное видение – такая же хрупкая и тонкая и такая же нереальная. Белоснежная кожа, темные иссиня-черные волосы, черная форма и маска с изображением светло-сиреневой лилии, в цвет глазам. Девушка чуть прищурилась, глядя на парня, на секунду вздулись вены вокруг удивительных глаз, на красивом личике... – И вправду... похож. – Констатировала она.
– Все. Сейчас пусть спокойно спит. – Спасительница убрала руку на которой зеленым светилась сила от перебинтованного живота парня и выпрямилась. Потянулась устало и пошла раскладывать спальные мешки. – – Я всегда проходила мимо. Погибающие люди... не мои товарищи меня не трогали, а забирать детей с геномом из семьи мне казалось ужасным. Отбирать их у родственников, немыслимо. Я не была против этого решения Хокаге, только насчет детей которых боялись на которых нападали но... Я наверное боялась, забрать из семьи, прошлые ошибки все-таки... Я знаю, многие не любят шиноби, стараются убить, если такой ребенок рождается в семье... раньше не верила, теперь знаю. Но понять не могу, ведь война кончилась всего 10-ть лет назад! Как они могли забыть все, что такие как мы сделали для них! Я понимаю почему МЫ закрыли деревню, но Суна, Облако, Туман, Камень, Трава! На них тоже упала человеческая ненависть!
– Отец говорил... людская память коротка. Они помнят лишь зло, добро же быстро забывают. – Тихо ответила ей подруга. – Раньше я тоже не верила, но... теперь знаю. Я бывала и в стране цветов и в стране рек, везде где мы бывали с миссиями раньше, где помогали людям. Теперь, даже там, наше селение – страшная легенда о жестоких шиноби... Но нам ли жаловаться? Даже сейчас у нас полно заказов с хорошей оплатой, да и половина бюджета страны огня контролируется негласно Конохой и лично Хокаге...
– Ты права. – Она сняла маску. Сверкнули зеленые глаза. – Коротка. Не зря Хокаге отдал приказ забирать всех способных детей. Не зря... Я нашла его израненного и полу-живого. Я проходила мимо многих таких обычных людей но тут не смогла. Огромная сила и воля к жизни. Его сын...
– Вижу... Ты его любила?
– Да. Любила... нет, не как мужчину, как друга, напарника, наставника... Не погибни он, наверное через пару лет все закрутилось бы как у Ино и Генмы, но как любил говорить твой муж в чунинские годы – не судьба... – Она тихо улыбнулась. – Не судьба... Он говорил... перед смертью, у меня на руках... пытался намекнуть, что у него есть ребенок, но я не поняла... тогда...
– Мы все повзрослели, быстро и скачком. Все...
– Ты стала мудрой.
– Говорю же... пришлось... – Улыбнулась светлоглазая.
– Знаешь, он иногда мне снится. Улыбается, в шутку называет меня своим личным пинком под зад, а я смеюсь и говорю, что ему нужно меньше читать книжек Джирайи, так бы он никуда не опаздывал... И мы снова смеемся... вместе.
– Нам всем они снятся, те кто был дорог. Мне снятся Куренай-сенсей и Шино... А еще иногда я вижу во сне отца, хотя никогда его не любила. Странно да? – Она снова улыбается, а ее собеседница смеется.
– Ладно, скоро полночь, пора выдвигаться, к утру нужно быть в деревне. Паренька нужно доставить в более подходящее для выздоровления место...
– Кому отдашь?
– Сама... Вылечу и буду учить. У парня дар, в отличие от отца, к исцелению, иначе бы не дожил до моего прихода. Я бы многое отдала, чтобы узнать, кто его мать... – Собрала вещи и одела маску с рисунком цветущей сакуры.
– Ясно... – Задумчиво протянула, снова возвращая на лицо маску светлоглазая. – Помнишь, через пару недель – День Памяти. Своди паренька туда. На могилу отца... Думаю Какаши-сенсей будет рад увидеть сына, а сын будет рад наконец узнать, кто его отец. Своди его, Сакура-чан...
– Обязательно, Хина-чан. Обязательно... – Улыбается девушка и тушит огонь...

@темы: Naruto